«Ловушка заблуждений молодости» - бывший «закладчик» рассказал свою историю»

2025-09-18

Разговор с 30-летним Павлом (имя изменено — прим. автора) удается завязать не сразу: понадобилось несколько встреч в компании приятелей, чтобы молодой мужчина стал вести себя непринужденно. Видно, что могилевчанин не привык доверять случайным собеседникам, тем более — делиться с ними своими переживаниями. Все становится на свои места, когда узнаешь, что молодой человек провел несколько лет в местах лишения свободы, к тому же —еще в подростковом возрасте. «Розовые очки» наивного подростка разбились сразу же после катастрофических потрясений, которые принесли в его жизнь плохая компания, шумные вечеринки со спиртным и наркотики.

По прошествии времени Паша уже может рассказывать о случившемся без душевного надлома, говорит, было время и поплакать, и подумать обо всем, и осознать свое положение в обществе. Восемь лет в колонии — о чем только не передумаешь, прокрутишь в голове различные сценарии из прошлого, представишь другое будущее, выплачешь все слезы, только без толку. Содеянного уже не изменить, остается раскаиваться и думать о том, как жить дальше:

— Я родился и рос в самой обычной семье, со средним достатком. Отец — специалист в частной фирме, мать — учитель начальных классов. До четырнадцати лет все было благополучно, как у всех: те же книги, те же игрушки, школьная форма и мяч с друзьями по вечерам. Конечно, бывало и ссорились, и мирились, но как-то из мелочей, пустяков. Родители никогда на меня особо не давили, в целом — обычная семья, все как у всех. Потому потом перед родителями там, за решеткой, мне было очень стыдно — единственный сын, не оправдал даже самых банальных надежд вроде хорошей учебы, высшего образования, стабильного заработка. Все пустил под откос в неполные пятнадцать — до сих пор корю себя за всю ту боль, что причинил матери и отцу.

В четырнадцать у парня появился новый товарищ, с которым они познакомились все в том же дворе. Новый друг быстро вытеснил старых, сегодня Павел даже самому себе не может до конца объяснить феномен нового знакомого — Аркадия (имя изменено — прим. автора) — который полностью завладел вниманием мальчишки:

— Я перешел в 7-ой класс, но учеба быстро перестала меня интересовать. Мы с другом проводили много времени на улице, встречались с его знакомыми — взрослыми ребятами — я был счастлив, казалось, что я такой же крутой, как они. Парни, как и мой новый приятель, были старше меня на 2-3 года, и я посмеивался над соседскими мальчишками: я стал вхож в этот избранный круг, они — нет. Ребята курили сигареты, свободно общались с девчонками, им не нужно было отпрашиваться, чтобы гулять допоздна, как мне. Атмосфера вседозволенности меня зачаровала, после уроков я буквально выслеживал Аркадия, чтобы он взял меня с собой «потусить». Тот охотно соглашался.

Однако скоро мальчик стал замечать странности в поведении своего старшего товарища: тот никогда не звал Павла в гости, к себе домой, а сам появлялся на улице только вечером и в состоянии легкой эйфории, однако алкоголем от него не пахло. То он был расслаблен, в приподнятом настроении, то раздражителен и резок. Когда приятель предложил парню понюхать клей, Паша наконец понял, чем вызваны такие перепады настроения в поведении приятеля:

— Я попробовал и... Стал заниматься этим регулярно. В компании Аркадия, с ним, один. Остальной мир будто отодвинулся, были лишь эти встречи, эйфория, напоминающая алкогольное опьянение, а после апатия и злоба. Я прогуливал уроки, дома начались нешуточные конфликты: отец кричал, мать плакала. Никто не мог понять перемены в моем поведении — мне казалось, что я хорошо маскировался. Родители с подобным никогда не сталкивались, позже мать говорила мне, что переживала, думая, что это переходный возраст. Я ни в чем ее не переубеждал — гнул свою линию этакого местечкового «бунтаря», пропадал на улице, окончательно испортились отношения с отцом. Я постоянно обманывал: родителей, учителей, школьных товарищей.

В этот период, когда все еще, по мнению рассказчика, могло выровняться и втянуться в привычную колею, Аркадий предложил другу подзаработать. Деньги, по словам приятеля, были легкими: несколько часов побыть «на раскладе». Всего-то нужно было доставить в нужное место дозу наркотика. Сейчас, рассуждая об этом в 30 лет, парень нервно потирает руки и хватается за голову, то и дело прерывая свой рассказ удивленными восклицаниями: как он мог быть таким легковерным, как мог поставить на карту всю свою жизнь из-за денег?

— Да и признаться, я решил, что подзаработаю, куплю себе что-то крутое — может велосипед, может, буду таким же дерзким, как старшие ребята, и приду «на сходку» за старым гаражом с перекупленным портвейном или водкой. А может быть, наконец попробую какие-то более крутые наркотики, клей уже окончательно расшатал мою нервную систему, но остановится я не мог. Однако кайфа уже было меньше, а состояние после становилось все хуже. Я думал, что наркотик сможет меня взбодрить, откроет новый спектр ощущений, в общем, только глубже увязал в этой трясине.

Результат оказался для малолетнего «закладчика» плачевным: в очередную его вылазку он был задержан правоохранителями. По сути, по словам Павла, он даже не успел особо распорядиться полученными за предыдущую «доставку» деньгами, проработав 2 недели:

— Когда меня задержали и сообщили родителям, мать до последнего не могла поверить в происходящее, ее слез я не забуду никогда. До принятия решения судом и в течение всех необходимых процессуальных процедур она была рядом, а отец, доведенный произошедшим до крайней точки, вычеркнул меня из своей жизни. Он не сказал ни слова поддержки или осуждения, простобудто и не было меня.

Парня осудили на 8 лет. На свободу Павел вышел только в 23, осознал, какую чудовищную ошибку он допустил:

— Странно понимать, что все твои ровесники уже получили высшее образование, устроились на работу, у кого-то невесты и даже маленькие дети. Жизнь шла своим чередом, пока я расплачивался с ошибкой детства. Первое время у меня опускались руки: куда устроиться работать с судимостью, как получить образование, в каком направлении двигаться дальше? Я молодой парень, но все мои контакты оборваны, да и были ли они? Ни друзей, ни подруги, ни семьи, ни работы. Конечно, правоохранители помогали — устроили работать по полученной в колонии специальности — токарь — но нужно было наконец и самому взять жизнь в свои руки. И пусть она уже была исковеркана, но ведь каждый имеет право на второй шанс!

По словам 30-летнего мужчины, последние семь лет были непростыми, многое получилось благодаря поддержке матери. Шумным компаниям предпочел отдых дома, познакомился с девушкой, которая приняла парня вместе с его тяжелым прошлым. Жизненный урок, по словам могилевчанина, он усвоил, и расплата для него была очень тяжела:

— Сейчас мне все еще тяжело сходиться с людьми — наверное, сказался тот, факт, что юность я провел в колонии. Я привык относиться к незнакомцам с опаской, до сих пор боюсь, что кто-то может обмануть, предать, хотя осознаю, что сам был достаточно наивен и глуп, но поделать ничего не могу. Убежден, что, когда у меня появятся дети, я также буду переживать за их будущее — не дай бог кому-то попасть в такую ловушку заблуждений и глупости, как это произошло со мной. Осознав ошибки, я постараюсь сделать все для того, чтобы моя мама больше никогда не плакала из-за меня, а будущая супруга гордилась нашими совместными успехами.

Официальный представитель
Ленинского РУВД г. Могилева
Елена Симонова